Есть такая страна, Россия, где охота на геев и кавказцев превратилась в нечто вроде национального спорта.
Есть такая страна, где 20 апреля, в день рождения Адольфа Гитлера, всем лицам неславянской наружности лучше сидеть по домам, если они не хотят «неприятностей».
Есть такая страна, где вышедшая на улицу с протестом молодежь (как было в 2006 году, когда в Думе подумали запретить еврейские ассоциации за «сделку с дьяволом») трясется от страха, что может попасть на страницу в Facebook какого-нибудь головореза «Белого патруля», который потом не оставит от них мокрого места.
Есть такая страна, чей президент позволяет себе неслыханную наглость и требует от Германии и Франции признать, что украинская революция знаменует возвращение фашизма в Европе.
Над всем этим можно было бы посмеяться, если бы столько отважных людей не заплатили жизнью за право для их соратников не слушать подобные гнусности. И если бы среди нас с вами не было столько слабых духом и легковерных, которые говорят себе: «Нет дыма без огня... Действительно ли эти украинцы так уж стремятся к демократии... Быть может, Запад со своим баррикадным романтизмом опять принимает желаемое за действительное...»
Раз на эту бессмыслицу нужно ответить, то давайте разберемся по пунктам.
Да, на Украине (как и повсюду в Европе) существует ультранационалистическая традиция.
Нет, стране Махновцев, массовых расстрелов и Бабьего Яра не чужд вирус антисемитизма.
И да, на Майдане действительно присутствуют активисты «Правого сектора» и партии «Свобода», которая еще десять лет назад называлась «социал-национальной»
Только вот:
1. В зените популярности, то есть на выборах в октябре 2012 года, партию поддержали всего 10% украинцев. Да, это немало, но меньше результатов братских движений в Нидерландах, Австрии и (увы и ах...) Франции.
2. Что бы там ни твердили европейские сторонники путинизма, которому пошло только на руку усиление радикальных настроений в протестном движении, влияние националистов вовсе не становится шире. Появление новых лидеров оттеснило весь радикализм на крайне правый фланг, а «Свобода» теряет позиции: по данным проведенного 31 января опроса центра «Социс», сейчас ее поддерживают менее 5% граждан.
3. Местные еврейские ассоциации (Институт иудаики при Киево-Могилянской академии), украинские представители международных еврейских организаций (Йосиф Зисельс из Всемирного еврейского конгресса) и прочие видные деятели (философ и специалист по работам Левинаса Константин Сигов) ни на мгновение не сомневались, что их место там, в этой толпе людей, где стояли рядом казаки и раввины, потомки прошедших через Холокост и голодомор (устроенный Сталиным в 1930-х годах чудовищный голод).
4. Нужно сказать, что хотя на открытом для всех слов и свобод Майдане за три месяца выступили самые разные ораторы, ни один из этих трибунов ни разу не поддался вирусу антисемитского безумия.
5. Наконец, у представителей прессы со всего мира было целых три месяца, чтобы досконально изучить все граффити и надписи, которые оставляют на сценах современные революции (Майдан не стал исключением из правила). Опять-таки ни на одной записи или фотографии мы так и не увидели ни малейшего намека на антисемитизм...
То есть, ни о какой наивной вере с нашей стороны тут не идет и речи.
Бывает, что ситуация грозит обернуться террором или кровавым самосудом, но сейчас, что бы там не кричали путинские дезинформаторы, ничего такого нет и в помине. Сейчас все выглядит так, словно все украинские народы, потомков жертв великих гитлеровских, сталинских и гитлеро-сталинских преступлений, связали узы братства, боли и борьбы, которые напоминают солидарность потрясенных Яна Паточки.
В любом случае, одно можно утверждать совершенно точно: единственные демонстрации антисемитизма наблюдались с другой стороны, со стороны свергнутой власти, которая пыталась читать нотации демократам. Чего стоит только сайт милицейского подразделения «Беркут», где в первые дни репрессий говорилось о «еврейском происхождении» лидеров Майдана с россыпью звезд Давида и свастик...
Такова реальность, а не стереотипы и клише.
Таково подлинное и пока что прекрасное лицо этой революции.
Именно это лицо нам нужно вспомнить, когда лидеры новой Украины постучатся к нам в двери.
Для этих людей Европа — не просто континент, а высокое имя. Как и для отцов-основателей союза, для них это имя — неразрывная связь, которой нипочем никакие тоталитарные зверства.
Имеющий уши да услышит.
Так, давайте же постараемся быть на высоте этой украинской версии «героизма разума», который философ Эдмунд Гуссерль называл сутью нашего континента.
