Заявление Европейского центрального банка (ЕЦБ) о планируемом прекращении в 2018 году выпуска банкнот с номиналом 500 евро, появившееся на его сайте 4 мая текущего года, выглядит откровенно забавным. В качестве обоснования такого шага приводится обеспокоенность ЕЦБ, «что купюра в 500 евро упрощает противозаконную деятельность». Еще бы. Неофициально банкноту называют «бенладеновкой», и вполне естественно, что в рамках борьбы с наличным обращением ЕЦБ горит желанием побыстрее ее вывести из оборота. Однако, если вспомнить сравнительно недавнее прошлое и годы, а помнят это скорее всего немногие, когда ЕЦБ только начинал вводить в обращение евро, то тот же самый ЕЦБ активно рекламировал именно эту банкноту.
Аргументация была проста. У европейской банкноты номинал больше, чем у самой крупной американской, поэтому рассчитываться европейскими банкнотами будет гораздо удобнее. Одна европейская банкнота может заменить целых пять американских и сэкономить место при их транспортировке. Проще говоря, основным плюсом банкноты в 500 евро должно было стать облегчение этой самой противозаконной деятельности. В настоящее время из примерно триллиона евро, существующих в наличной форме, на банкноты в 500 евро приходится примерно 300 миллиардов или около 30% всей европейской наличности. Для сравнения на находящиеся в обращении американские купюры с самым крупным номиналом в 100 приходится 1,08 триллиона из 1,38 триллионов американской валюты в ее наличной бумажной форме.
С большой долей вероятности ликвидация банкнот в 500 евро может привести к тому, что повысится спрос как на самые крупные американские банкноты, так и на европейские банкноты в 100 евро. Хотя европейской банкнотой с самым крупным номиналом по-прежнему остается швейцарская купюра с номиналом в 1000 швейцарских франков, вряд ли она будет пользоваться большим спросом из-за своего довольно ограниченного региона хождения.
Вне зависимости от того, как будут меняться предпочтения в спросе на наличную валюту тех или иных номиналов, у всех у них существует одна принципиальная проблема: это бумажные необеспеченные валюты, которые что-то стоят лишь до того момента, пока так говорит правительство или центральный банк той или иной страны, а население этому верит. В условиях экономической стабильности это не столь важно, поскольку никто не заинтересован делать какие-то резкие телодвижения, а бумажные валюты представляют собой прекрасный инструмент для правящей верхушки для перераспределения общественного богатства в свою пользу. В кризисной ситуации все может быстро измениться, и то, что еще вчера представляло собой определенную ценность, уже завтра может оказаться самым обычным бумажным мусором.
Могут сказать, что подобное могло быть характерно для денежных реформ в Советском Союзе, когда на обмен одних банкнот на другие могли дать три дня, а то и их не дать вообще. Однако, подобное происходило и в европейских странах. Например, в той же послевоенной Западной Германии, когда старые марки были единомоментно отменены, а каждый гражданин страны вне зависимости от того, сколько у него было старых марок, получил по сто новых марок. Дело в том, что в критических обстоятельствах власти могут принимать самые разные решения и делать резкие шаги, в результате которых может заметно пострадать благосостояние практически каждого. Поскольку мир все больше погружается в эти критические времена, то и вероятность подобных действий властей существенно возрастает.
Это означает, что по мере ухудшения обстановки сбережения в бумажных валютах могут становиться все менее надежными. В отличие от сбережений в твердых деньгах – золоте и серебре. Эти монетарные металлы ценились на протяжении практически всей человеческой истории и продолжают сохранять свою ценность и в настоящее время. Указами можно запретить владение драгоценными металлами, но от этого их ценность в глазах участников рынка только возрастет. Ведь к их обычной ценности в подобных условиях будет добавляться премия за риск, а чем выше будет риск, тем больше будет и премия, и их покупательная способность. К тому же подобные запреты рано или поздно, но неизбежно, прекращают свое действие, и тогда золото и серебро вновь открыто выходят на свет.
Поэтому борьба властей с банкнотами крупных номиналов естественным образом подталкивает участников рынка к тому, чтобы уделять дополнительное внимание физическим драгоценным металлам – золоту и серебру, которые ценны сами по себе, а не потому, что так сказало то или иное правительство. И это может лишь ускорить процесс краха ныне существующей схемы, построенной на долге и необеспеченных бумажных валютах.
