Основы нынешней валютно-финансовой системы мира, во многом, определил Вашингтонский консенсус. А на пути единой финансовой системы Европы, похоже стала «лиссабонская конфронтация». Именно так можно назвать прошедшую недавно встречу, посвященную будущему общего бюджета ЕС и единой фискальной политики Евросоюза.
Как-то совершенно незаметно мимо внимания Украинцев прошёл Лиссабонский бюджетный саммит ЕС. А он мог коренным образом реформировать ЕС. На саммите, состоявшемся 22-23 ноября в Лиссабоне обсуждалась бюджетная политика стран-членов ЕС на ближайшие 7 лет (бюджет ЕС принимается «в общем» на 7 лет) — 2013-2020.
Основные споры разгорелись вокруг бюджетного плана, предложенного канцлером Германии Меркель.
Битва «не на жизнь, а на смерть» разгорелась вокруг двух принципиальных предложений.
1. Единая бюджетная (регуляторная) политика по всем странам-членам ЕС.
2. Сокращение расходных частей бюджета ЕС на 6%.
Первый пункт предполагал единые регуляторные правила бюджетной политики во всех странах ЕС. Дело в том, что хотя бюджет в ЕС централизованный, каждая страна член-ЕС проводит свою собственную регуляторную политику в пределах собственных границ. По сути ЕС – это просто территория из совершенно разных стран, на которой действует одна валюта, сняты таможенные барьеры, свободное перемещение (в т.ч. и рабочей силы) и действуют единые стандарты качества. Единые правила присутствуют, но они крайне не многочисленны и касаются, в основном, не экономики, а экологии, стандартов качества продукции и др. норм.
Вообще сегодняшние проблемы ЕС были системно заложены ещё при его образовании. Вместо образования единого политического государства или, хотя бы, единых экономических органов реального управления и реально единой экономической политики странами-донорами была создана некая территория. В которой страны-доноры навязали свои экономические правила странам-реципиентам ограничив последним экономический маневр, заставив поднять налоги, запретив государственную поддержку и т.п. В обмен — донорское финансирование. Пойдя на такую конфигурацию страны-доноры создавали рынки сбыта своей продукции — это с одной стороны. А с другой стороны они тем самым эти самые рынки убивали. Такая политика рано или поздно должна была закончиться тем, что страны реципиенты значительную часть своей экономики переведут в бюджетные сферы. Что и произошло. Всё это было подкреплено единой валюты, свободным перемещением товаров и рабочей силы и т.д.
Данная программа работала в период экономического роста. В период кризиса оказалось, что падение потребительского спроса на периферии ЕС снижает промышленное производство стран-доноров. Своего товарного производства у стран-реципиентов не осталось, а кормить их надо всё равно в том же, как минимум, объёме. Бесконечное рефинансирование и кредитование проблемных стран привело к простому проеданию странами-реципиентами выделенных средств и накоплению колоссальных долгов. Это ещё не наступил пик выплаты основных долгов этих стран. Который только начинается в 2013-м году. Это 5-тилетние кредиты, которые в огромных объёмах раздавались ЕЦБ (европейскимцентробанком) в год начала кризиса (в 2008-м).
Наконец-то до лидеров стран-доноров «дошло», что дальнейшая такая политика ведёт ЕС к краху. Германия выдвинула план, при котором расходы общеевропеского бюджета должны были более-менее равномерно и пропорционально лечь на все страны ЕС. Но, как говорится, «процесс уж пошёл». Реструктуризация расходов бюджета привела бы к социальному взрыву в половине членов ЕС. А с учётом того, что все это отразилось бы на избирателях, то ни одно правительство этих стран не захотело принимать самоубийственный для себя документ.
Дело в том, что для принятия таких документов необходимо единогласное решение всех стран ЕС. «За» данный план безоговорочно были Германия, Великобритания, Франция, Нидерланды и Швеция. «Против» — 15 стран во главе с Польшей, включая Грецию, Португалию, Италию, Испанию. Т.е. все проблемные страны. Остальные заняли выжидательную позицию. Вполне возможно, что страны-доноры, благодаря своему «весу» продавили бы таки данный пункт. И ЕС смогла бы полностью реформироваться в намного более эффективное образование. Там, глядишь, дошло бы дело и до политического объединения. Но, сами страны-доноры не смогли договориться по второму пункту – о сокращении расходов бюджета. Причина практически та же самая. Правительства не хотят снижать уровень доходов своим избирателям.
Германия предложила сократить расходы бюджета ЕС до 973 млрд евро, что на 6% ниже первоначального предложения Еврокомиссии. Ещё до начала Лиссабонского бюджетного саммита ЕС премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон заявил, что будет настаивать на замораживании расходов и наложит вето на бюджет, если они будут сокращены. Меркель тогда ответила, что в таком случае саммит 22—23 ноября можно отменять. Но, он всё же состоялся.
С самого начала Великобритания стала в жёсткую позицию по не сокращению расходов бюджета. Кэмерон сразу заявил журналистам, что недоволен имеющимися предложениями и готов бороться за лучшие условия для своей страны. Политическая обстановка в Соединенном Королевстве не оставляет ему шансов изменить позицию: если он согласится на бюджет с увеличением расходов, ему грозит отставка. Если же Кэмерон не подпишет бюджет, он будет героем на родине, но в этом случае Великобритания фактически противопоставит себя остальному ЕС и напрямую встанет вопрос о ее выходе из союза. Пока Кэмерон говорит, что хочет видеть Великобританию членом ЕС. Но эксперты убеждены, что «ему будет трудно избежать референдума о выходе из него в ближайшие пару лет».
Премьер-министр Нидерландов Марк Рютте разделяет позицию Британии. Он признался, что и у него есть «камень за пазухой» на случай, если предложения его страны не будут удовлетворены.
Председатель Европейского совета Херман ван Ромпей был согласен на сокращение расходов максимум на 2%. И окончательно стало ясно, что надежды на принятие сокращения расходов бюджета рухнули, когда 23-го утром президент Франции Франсуа Олланд признался, что не удовлетворен предложением. «Сокращение все еще слишком велико», — сказал он.
Увидев разброд и шатание в рядах основных игроков ЕС, страны-реципиенты во главе с премьер-министром Польши Дональдом Туском пошли в «последний и решающий». «Все те, кто хочет роста в Европе, все те, кто всерьез думает об увеличении рабочих мест и инвестиций длявыходы из кризиса, должны присоединиться к Польше в ее борьбе за бюджет с фондом финансовой поддержки» — заявил он.
В результате, после двухдневных боёв, бюджет не был принят вообще. Его принятие пока отложено на январь 2013-го года. Кроме этого, решено оставить финансирование Италии и Испании в том же объёме. И не сокращать им дефицит бюджетов. А по предоставлению дополнительных кредитов Греции Еврокомиссия соберётся 26 ноября.
Европейский союз потерял шанс начать решать свои системные проблемы. И в таком формате принятия решений вообще непонятно, как это сможет произойти. 2012-й год половина стран ЕС, включая Германию, заканчивают с отрицательным приростом ВВП. Остальные – на грани нуля. Промышленное производство сокращается практически у всех и ещё большими темпами. Долги стран-реципиентов накапливаются, и как они их будут возвращать совершенно непонятно.
Казалось бы, далёкие европейские проблемы мало касаются Украины. Но, это не так. Почти треть экспорта страны идёт в ЕС. При этом – это, в основном сырьё и продукция первичной переработки. Учитывая продолжающийся системный кризис в ЕС, который совершенно «не собирается» заканчиваться, объёмы экспорта в ЕС и цены на экспорт будут падать. А это ведёт к:
- увеличению отрицательного сальдо внешней торговли (импортируем мы гораздо больше, чем экспортируем, т.к. импортируем продукцию технологичного машиностроения и ТНП; которые внутри страны или не делаем, или они не выдерживают конкуренции);
- как следствие – уменьшение ЗВР Украины (особенно – ликвидных);
- остановка предприятий-экспортёров; люди на улице без работы.
- уменьшение поступлений в бюджет и т.д.
Потери лично олигархов меня, например, не волнуют, если бы это не было связано с вышеперечисленным.
Уместно вспомнить в данном случае В.И.Ленина и его работу «О лозунге Соединённые Штаты Европы». В которой он написал: «Только в условиях жёсткой диктатуры может существовать такое уродливое объединение».
Святослав Швецов,
для "Хвилі"
